Хорошо! Хорошо!:  0
Плохо! Плохо!:  0
Показано с 1 по 10 из 10

Тема: FLG3 - Игра продолжилась.

  1. #1
    Маститый Аватар для Antberg
    Информация о пользователе
    Регистрация
    14.04.2008
    Сообщений
    1,276
    Записей в дневнике
    3
    Репутация: 50 Добавить или отнять репутацию

    По умолчанию FLG3 - Игра продолжилась.

    .........Никто не помнил, сколько прошло времени с тех пор. Может год, а может два. Казалось, это было спрошное забытие. Забытие в песках. Многие так и сгинули, поглощённые этой толщей, не сумев пробудиться. Но катаклизм поглотил не всех. Когда песчанный буран, рвавший планету на куски, наконец-то стих, как насекомые из своих нор, на свет начали вылезать люди, сохранившие рассудок, и чудом уцелевшие в этом новом кошмаре. Они обнаружили мир настолько разрушенным, что даже роботов и дендроидов в нём не осталось - похоже они все просто вышли из строя, выработав свой ресурс стойкости. То тут то там высились омертвевшие, вросшие в песок ржавые фигуры. Кое-кто уже тогда догадывался, что не только песок погубил их. Было что-то ещё. Неведомая сила - та-же, что погрузила в летаргический сон большую половину людей, - погубила и роботов. Что это было - не знал никто, лишь только люди, наделённые даром медиумов, говорили что-то об отделении душ от тел. Это было похоже на болезнь. И что самое страшное - она всё ещё не ушла. Те кто заснул в самом начале, и был чудом сохранён в убежищах - так и не проснулись до сих пор, а время от времени, хоть и редко, но до сих пор кто-то заснув, не просыпался уже никогда. В нескольких населённых пунктах, переполненных беженцами, были оборудованы госпиталя, куда свозили заразившихся. Критически не доставало медиков. В некоторых помещениях больные лежали на полу практически в несколько слоёв. По началу беспорядок был таков, что их даже забывали в таких комнатах, и только трупное зловоние и жужжание мух заставляло со стыдом вспомнить о случившемся. Лишь в одном из городов относительный порядок воцарился быстро - это был Фейхатх, куда прибыл уважаемый всеми врач - Бел Адад. За короткое время он спас бессчётное множество жизней, не смыкая глаз ни днём ни ночью, и Сонная Эпидемия оставалась единственной болезнью, способа лечения которой он так и не смог найти.

    -Как вы думаете, сколько их? Сколько там осталось? - произнёс глядя в окно, средних лет мужчина, похожий на бывшего военного. За тем окном не было видно ничего, кроме тусклого света - так иногда светилось небо. Никто ещё не знал, отчего оно временами становилось таким, это было какое-то новое атмосферное явление, и многие, даже те кто не был суеверен, верили что это открывается окно на тот свет.
    -Боюсь что слишком много, чтобы вот так просто об этом говорить. - вздохнул Бел Адад.
    -Понимаете... Я готов всё сделать, чтобы только поднять наш мир на ноги. Но... Я всё думаю - встанет ли он на них? Может быть, мы вообще уже никогда не сможем возродить нашу цивилизацию? Ведь не осталось ничего, совсем ничего - всё что у нас есть, это остатки запасов продовольствия.
    -...Давайте жить сегодняшним днём, Искандер. - повернулся к нему Бел Адад. - Если мы сейчас можем кому-то помочь - надо помогать. Не важно, восстановит себя цивилизация или нет, жить надо сейчас. Хотя я так устал... Смертельно устал. Такое чувство бывает, что лёг бы на бархане, и отправился бы туда, в этот свет на небе.
    -Надеюсь, такого не случится? Нам без вас как без воздуха, вы же знаете.
    -Знаю, друг мой, конечно знаю. Я ещё лет сто собираюсь работать, о чём я с полной ответственностью заявляю.... - приободрившись, улыбнулся доктор.
    -А знаете... Я всё больше боюсь, что мы можем лишиться даже того последнего, что у нас есть. Стыдно признаться, ведь когда то я был одним из самых свирепых главарей миротворцев... Но я опасаюсь. Я чувствую угрозу. И даже больше того - я видел её следы. Как будто смерть за нами идёт. Я же говорил вам о том, что мы нашли в той экспедиции на прошлой неделе?
    -Руины населённых пунктов... Да, вы говорили что было похоже, что их разрушили уже после окончания бури.
    -Вот именно! У меня... не идёт это из головы! Неужели ещё остались такие варвары, которые даже теперь, вместо того чтобы сплотиться, и помогать другим выжить... Продолжают убивать? И что хуже всего, здесь прослеживается... След Махби.
    Глаза Бел Адада казалось загорелись, высоко приподнялась приобрёвшая резкие, угловатые очертания бровь.
    -Махби!? - спросил он, пытаясь сдерживаться. Искандер не знал, что перед ним стоит апостол того самого Махби, и тот продолжал скрывать это. Конечно, наврят-ли бывший миротворец проявил бы теперь против него хоть какую-то агрессию, но где-то в краешке своего сознания, Бел Адад был уверен, - случись особая, критическая ситуация, и Искандер вполне возможно сделает выбор не в его пользу. Главари миротворцев - порода особая, и апостол знал это слишком хорошо.
    -Да... - Продолжил полковник Искандер. - боюсь что так. И это не просто махбийцы. Я никогда не говорил вам, ходили слухи, что ещё во время бури появились какие-то сумасшедшие фанатики, обьявившие себя последователями Махби, они уцелели, и так где-то и скитаются до сих пор. Их было не больше сотни, но это были настоящие психи. Они исповедовали абсолютно жёсткую, радикальную форму махбианства. Всё сводилось к уничтожению всех неверных и недостойных. Причём не просто уничтожению... Они угоняли людей в плен, и делали с ними что-то страшное... Знаю одно - что одних убивали, а другие, не многие правда, становились такими-же как они. Их заставляли учавствовать в каких-то ритуальных убийствах, или чём-то в этом роде.
    -Не слышал, чтобы в махбианстве практиковалось подобное. - позволил себе замечание Бел Адад.
    -Это не самое страшное, доктор. Вы ещё не знаете, как они посвящали в свои ряды.
    -И как-же? - с лёгкой иронией спросил Бел Адад, готовясь услышать нечто совсем уж абсурдное.
    -Они делятся на мужские и женские отряды. Женские отряды не многочисленны, в них входят только так называемые "сёстры Махби". По слухам они обладают нечеловеческой силой, и могут едва-ли не убивать силой воли на расстоянии. Так вот... - Искандер даже сделал паузу, готовясь говорить дальше. - Так вот, посвящение в сёстры Махби заключается в том, что посвящаемая должна сама вырезать себе матку и половые органы. После этого на неё якобы исходит божественная сила.
    Бел-Адад хотел было что-то сказать, но так и не получилось. После небольшой паузы он всёже произнёс:
    -Дальше.
    -Остальных женщин они держат, чтобы те, так сказать, рождали им новых воинов. А что касается мужчин - они основа всего этого "общества". При посвящении они ничего себе не отрезают, это происходит иначе - посвящаемый должен жестоко убить самого дорогого для себя человека, и его сердце, конечно-же, принести в жертву Махби.
    -И что, всё это до сих пор существует?
    -Боюсь что не могу сказать об этом абсолютно ничего. Я слышал обо всём этом только один раз - в первые недели после того, как утих Великий Буран.
    -А у них была техника, оружие?
    -Только автоматы и гранатомёты. Хотя если бы они захотели с кем-то воевать, то вы и сами понимаете, найти оставшуюся после катаклизмов бесхозную военную технику проще простого.
    Бел-Адад глубоко вздохнул. Это был настоящий удар - услышать такое. Вытерев вспотевшее лицо мотком ваты, он поспешил к выходу.
    -Вы куда, доктор? - сказал Икандер, забеспокоившись, что тот собирается лично пойти вправлять мозги сумасшедшим фанатикам веры.
    -Мне нужен человек по имени Абдульхим, он сейчас должен быть в Андораге. Можете подбросить меня до туда?
    -Без проблем, только бы в метель не попасть, когда стемнеет. Но что вы затеяли, надеюсь вы не собираетесь разыскивать этих дикарей?
    -Нет. Я расскажу вам по дороге. А сейчас, друг мой, нам следует поторопиться.
    Бел Ададу было неловко говорить, что его беспокойство связано с судьбой всего-лишь одного человека. Это была Джейн. С тех пор как хаос Великого Бурана отступил, ни Бел Адад, ни Абдульхим, ни Химериот, так и не смогли её разыскать. Последняя надежда была на город Андорагу, куда каждую неделю прибывали сотни беженцев, и множество поисковых караванов, деятельность которых координировалась там-же. И он знал - если Джейн ещё не угодила в лапы дикарей - Абдульхим и Химериот сделают всё, что только можно, чтобы её найти. Выложатся, как не выкладывались никогда прежде, но найдут. От жажды будут умирать, но не вернутся из пустыни, пока не отыщут.

  2. #2
    Хранитель Форума Аватар для Валера
    Информация о пользователе
    Регистрация
    15.04.2008
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    14,020
    Записей в дневнике
    3
    Репутация: 165 Добавить или отнять репутацию

    По умолчанию

    Почему так рад,
    Так рад я в этот час?
    Потому, что я обратно
    Среди вас.
    И пускай мой драк хромает -
    Магди с ним!
    Утро с радостью встречает
    Абдульхим.
    Он вам радости приносит
    И еду,
    Да не носят его ноги
    На беду.
    Дали б крылья на дорогу,
    Дали б трак!
    Поломал о камень ногу
    Старый драк...

    Из-за ближайшего бархана показалась странная процессия: кто-то кого-то пихал, кто-то кого-то тянул, но пыхтели и ругались оба, только человек - членораздельно, а старый драк - по-своему, по звериному. Через какое-то время можно было уже различить, что оба хромают, причем, на разные стороны, оба в пыли и в песке, оба устали до невозможности и лишь близость места назначения придает им силы.
    Ноконец драк, обвешанный тюками, как ветка апельсинового дерева - плодами, дополз до ближайшего строения и лег на песок. Было видно, что никакие силы уже не подымут его по крайней мере, до следующего утра. Абульхим еще пару раз пнул бедное животное, плюнул и побрел к группе людей у палатки, в которой, он знал, была вода.
    - Ну, что, Абду, привез?
    - Как обещал, как обещал: рис, пшенку, немного кукурузы, немного соленого мяса и много-много фиников.
    - Сам собирал?
    - Да что ты... совсем плохой стал. Ноги не ходят, да еще этот ревматизм...
    - Все поешь, Абду? - спросил вновь подошедший, смуглый крепкий воин в драной военной форме с чужого плеча. Странного фасона фуражка украшала его, никогда не носившие головного убора, выцветшие на солнце, волосы.
    - А чего не петь, коли душа просит? Жив, и то хорошо.
    - Много привез?
    - Да не так, что бы... но и это хорошо.
    - Соли не добыл?
    - Нет, Крисс, не добыл. Нету нигде соли... Но мясо соленое. Если раздавать по кусочку...
    - Хорошо, Абду, отдыхай. Эй, накормите драка! И воды дайте.
    - Побольше бы ему... Совсем выдохся мой дружок.
    - Нету побольше. Сейчас рыли новый колодец - и там нет.
    - Надо уходить к лесам! - вступил в разговор старый воин - пустынник. - В лесу всегда есть вода.
    - А монстры? И как раненых повезем?
    - На себе потащим...
    - Ты - дотащищь. Я - дотащу. А много ли таких? Люди устали. Еды мало. Воды нет...
    - Все равно, уходить надо! Все здесь погибнем.
    Абду зашел в палатку, напился воды и завалился на ближайшую койку. И странное видение явилось ему, засыпающему: увидел он Джейн и их первую встречу, увидел как радовался, везя девушку до ближайшего жилья. Потом вдруг вспомнилась ночь с Эльменией, стрекот цикад, звездная ночь... "Хорошее было время!" - думал он, засыпая. "Уже ли мы обречены?"
    А за серым пологом палатки подымался ветер. Ветер гнал перед собой пыль и бесчисленные перекати-поле. Ветер означал долгожданную смену погоды. Люди выходили из палаток и с надеждой вглядывались в мутную даль.


    Химериот возвращался с побывки на родину. Собственно, никакой побывки не получилось - он с трудом розыскал даже место деревни и, разумеется, никого и ничего живого там не нашел. Все, что ему удалось найти - маленький серебряный колокольчик, что он сжимал теперь в руке. Такие колокольчики вешают на козлов или баранов - вожаков или любителей погулять отдельно от других.
    "И я, как этот баран" - думал Хи, - "Ни родителей, ни любимой, ни пристанища... Что будет со всеми нами? Зачем не унес нас смертный вихрь? Зачем мы живы?"
    Путь Хи пролегал по старой пустынной дороге. Когда-то вокруг было людно, цвели пусть редкие, но сады, люди возделывали каждый подходящий кусок очищенный от песка. Теперь песок был везде. И не было людей. Не было никого и ничего... И так почти везде.
    Внезапно драк Химериота всхрапнул и дернулся в сторону. На вершине бархана показались всадники. два, три... шестеро. Один из них показывал пальцем на паренька и что-то говорил другим.
    Хи тяжело вздохнул... "Опять убивать... Опять реки крови! Опять чьим-то близким принесут страшные вести... Доколе ж! Нас и так мало. Неужели люди просто не умеют жить в мире и согласии? "
    Пятеро стали спускаться с бархана... Хи расслабился и только рука сама нащупала рукоять меча.

    Спойлер И как тебе не стыдно-то, а, Валера?:


    Оборона форта: http://rghost.ru/8kLGxFtD2
    Сделать, чтоб все происходило, как я хочу, - вот, собственно, и весь мейкер!
    Адский Рейд: http://rpgmaker.su/downloads/%D0%B7%...-2010raid-full

  3. #3
    Маститый Аватар для Antberg
    Информация о пользователе
    Регистрация
    14.04.2008
    Сообщений
    1,276
    Записей в дневнике
    3
    Репутация: 50 Добавить или отнять репутацию

    По умолчанию

    -Като, помоги мне! Като, пожалуйста, помоги! - раздался во тьме голос Кемаля. Старый друг, давно потерянный, бежал к сквозь непроглядную тьму, на встречу бывшему пилоту миротворцев.
    -Что...? Кемаль!? - Опешил тот.
    -Быстрее Като, пожалуйста! Спаси меня, Като!
    -Чёрт...! - Прохрипел Като, и пустился к нему навстречу. И с удивлением понял, что хоть они оба бегут - в то-же самое время каждый из них остаётся на месте.
    -Кемаль!... - хотел было обратиться к нему Като, как вдруг увидел как у того за спиной, где-то далеко, а может быть и близко, распахнулись два огромных круглых глаза. Они были похожи на два пятна света, не более того, но посмотрев в них, Като испытал такой дикий страх, что тут-же , вскрикнув, повалился с ног. Чувство, что он только что прикоснулся взглядом к чему-то такой страшной, разрушительной силы, обожгло болью. Последним что он услышал, был истошный вопль Кемаля.

    Яркое полуденное солнце ударило в приоткрывшиеся глаза. Громко всхрипнув, бывший пилот миротворцев приподнялся, и тут-же рухнул обратно, выхаркнув изо рта целый фонтан песка. Какое-то время он судорожно откашливался, а руки то и дело скребли воздух, словно пытались ухватиться за солнце, как за спасительную нить. Наконец отпустило, и Като просто лежал, пытаясь хоть что-то вспомнить. Поначалу всё настолько перепуталось, что он и своё имя едва вспомнил, но попытавшись успокоиться, он всёже сумел вытащить на поверхность сознания какие-то образы. Сперва он понял только то, что только что видел своего друга. Единственного друга. И тот нуждался в его помощи... Скорее всего это был сон. И что-то подсказывало Като, что на самом деле этого парня, Кемаля, уже не должно быть в живых, что едва-ли не он сам убил его когда-то давно. В памяти возник автомат в чьих-то руках... Но не в его. Это Кемаль стрелял в кого-то... Кого Като подставил под пули. Наконец он вспомнил её - Меле. Та, которую он любил. Сестра его друга. Мысли снова спутались. Поначалу он не мог понять, как такое могло произойти, но через какое-то время вспомнил, что и тогда он не отдавал себе отчёт в том что делал. Наконец, он вспомнил, как же всё это было давно. С тех пор он успел прожить целую жизнь, полную бессмысленного насилия, направленного против всего живого. И за это время так ничего и не узнал о судьбе Кемаля. Он не мстил, а значит, скорее всего, был мёртв, хотя Като всегда казалось, что это не так. Долго ещё в памяти проносились события, произошедшие с ним в ходе падения движения миротворцев. Смерть отца, потом эта Джейн, эти засранцы, занявшие место отца, эти големы, которые должны были его изнасиловать, а потом... кто-то, кого словно выдернули из памяти. Кто-то могущественный, и совсем не похожий на человека. Несравнимо больше любого человека как физически, так и духовно. И на этом воспоминания терялись окончательно.
    "Чтож..." - думал он. - "по крайней мере будет чем заняться", размышляя о том, что именно сейчас ему и предстоит пойти и разузнать обо всём. На душе было, как это ни странно, даже в каком-то смысле легко. Нет, скорее было похоже на то, что что-то окрыляло душу. И он понял - это Кемаль. Это не просто сон, он знал - это его друг зовёт его на помощь, он ему нужен, не смотря на непоправимое зло, которое Като ему причинил. Он лежал, и слышал стук своего сердца. На этой планете был кто-то, кому он был нужен. Такая странная мысль, такая новая, он даже не знал, что с ней делать.
    -Кемаль. - Будто пробуя на слух, тихо произнёс Като. Понять бы ешё, что это за тварь появилась там за его спиной. Он был уверен, что видел это впервые в жизни.
    Так ничего и не надумав, Като открыл глаза, и приподнялся... Два сияющих круглых глаза смотрели прямо на него. Дёрнувшись, он сжался в пружину, но быстро понял, что это всего-лишь ржавая жестянка, которая когда-то была роботом, а глаза его вовсе не светятся - просто от них отражается солнце. Оглядевшись, он увидел, что находится в компании огромного множества таких-же омертвевших ржавых фигур, застывших посреди бескрайних белых песков. А где-то вдали, у горизонта, виднелась едва различимая, не то скала, не то какая-то постройка, похожая на большой обломок.Отряхнувшись, Като встал на ноги, и пошёл мимо проржавевших каркасов, в ту самую сторону, и довольно быстро увидел, что это скорее что-то, похожее на дворец, с колоннами, и резным узором на стенах. Он даже выглядел как-то сказочно, и воображение само дорисовывало сады с диковинными птицами, сокровищницы с золотом и брильянтами, и полные чистой ключевой воды бассейны, где-то там, внутри этого замка. Като перекосил рот - идти без оружия было опасно, но ничего похожего на таковое по близости не было. Постояв какое-то время в нерешительности, он всёже решил идти. Идти как можно аккуратнее и тише.
    Последний раз редактировалось Antberg; 22.04.2008 в 23:38.

  4. #4

    По умолчанию

    Вейма был самым обыкновенным торговцем, у которого была обыкновенная семья, обыкновенная гхолати в пустыне, и жил он самой что ни на есть обыкновенной жизнью.
    В этот раз поездка в Бальзай-Тар была очень, очень удачной – удалось выкупить целую партию шкур пещерных обезьян за сущие копейки, продать их же мигов втридорога раззяве-иностранцу, а на выручку закупить новых запчастей для ховеркрафта – пусть немного дороже, чем на рынке в Холодаге, но зато качественных, фирменных, с гарантией. И – вот свезло так свезло! – в багажнике за заевшей дверцей обнаружилась партия дордоландских специй, которые он хотел продать еще прошлой осенью, да никак не мог дверь открыть, но с помощью отличного бальзай-тарского лома это недоразумение было исправлено. А нынешним сезоном цена на них подскочила чуть ли не вдвое. На радостях Вейма купил детям сладостей, жене украшений, а себе – бутылку огненного вина. Вот в этом году замечательный был урожай…

    Домой Вейма прилетел как раз к началу песчаной бури – сегодняшний день был очень удачен! А не тут-то было…
    - Тетя… - промямлила Никуся, младшая дочка, которая только-только училась говорить.
    - Какая еще тетя? – нахмурился Ругси – второй сын.
    - Тетя! – сказала Никуся громче и стала тыкать пальцем в окно.
    - Какая тетя? Буря на дворе! Это каким же надо быть дебилом, чтобы в такую погоду нос из хижины высунуть! – огрызнулся Ругси и тыкнул вилкой в остывающий хаванг.
    - Я все-таки выйду и посмотрю, - встала из-за стола старшая дочь, Кивва. Ругси вскочил и замахал руками.
    - Ты что, хочешь, чтобы тебя ветром в Ализариум унесло, дура?
    - Да хоть бы и в Ализариум! Всяко лучше, чем в этой дыре, - бросила Кивва и накинула балахон с капюшоном.
    - Ну да, особенно если учесть, что от него остались одни развалины… - флегматично произнес средний сын, Вапо.
    - Тетя!!! – закричала Никуся.
    - Я и говорю – лучше, - усмехнулась Кивва и вышла на улицу. Вейма и его жена Ненет переглянулись.
    - Она всегда любила приключения… - вздохнула Ненет.

    … Через несколько минут Кивва вернулась, но не одна. С ней была девушка. Внешне ей было лет двадцать примерно, одета она была в какие-то лохмотья, которые раньше вполне могли быть приличной одеждой… а может, и униформой. Ее лицо не выражало никаких эмоций… Но главное, на что обратили внимание все – ее пронзительно синие глаза.
    - Воды, - спокойно, ровно произнесла она. В голосе не звучало ни малейшего оттенка страданий или жажды… но в глазах читалось все. Вейма сполоснул чашку и налил в нее немного приятно пахнущей жидкости из кувшина, а затем протянул чашку гостье.
    - Ароматная, розовая. Сегодня купил несколько бутылок… - улыбнулся он.
    - Благодарю, - так же ровно произнесла девушка. Голос ее не был мертвым, механическим, просто она использовала самую ровную и спокойную интонацию. Обычно таким голосом говорят «По сообщениям наших информаторов, в лагере Миротворцев происходит реогранизация…» или «Для того, чтобы решить это уравнение, нужно применить метод Бабая-Гросса…», но никак не «Спасибо» или «Я хочу пить». Впрочем, в глазах читалось все…
    - У вас есть свободная кровать? – таким же голосом произнесла девушка.
    - Есть, конечно, но… Разве мы даже не познакомимся? – огорчился Вейма.
    - Я устала, - сказала она, и правда – в глазах читалась усталость. Но не в голосе. Это ужасно напрягало Вейму. Но что поделать… Он сказал Вапо постелить в комнате для гостей, а сам спросил:
    - Назови хотя бы свое имя, странница.
    - … я не помню, - после долгого молчания ответила она.

    … спала странница спокойно, по крайней мере, своего сна она не запомнила. Проснулась она от того, что лучик света сквозь окно пощекотал ей нос. Она потянулась и встала. На стульчике рядом с кроватью сидела дочь хозяина гхолати.
    - Привет! Уже проснулась? А меня Кивва зовут, - улыбнулась она. Странница внимательно осмотрела ее. Немного пониже ее самой ростом, очень красивая, рыжеволосая, что совсем нехарактерно для этих земель.
    - Очень приятно, - произнесла странница.
    - А ты правда не помнишь, как тебя зовут?
    - Я вообще ничего не помню, Кивва. Только пустыню и песок…

    … - Странная она, эта девушка, - произнес Вейма за завтраком. Обычно они с женой завтракали раньше детей, потому что Вейма всегда отправлялся на работу рано.
    - Тебе тоже так кажется? Еще эти глазищи ее… - вздохнула Ненет.
    - Глаза… Тебе они никого не напоминают? – приподнял бровь Вейма. Ненет задумалась.
    - Да, точно… Синие, синющие… Этот твой коллега? Который поет еще? Забыла, как его…
    - Да-да, он… Знаешь что, сейчас я допью кофий, а потом снова в Бальзай-Тар поеду. Там у нас община, наверняка кто-то знает, где мой друг сейчас… Как бы его в Андорагу не занесло – это же у шайтана на куличках…
    … когда Вейма вошел в комнату, девушки весело болтали. То есть как весело… Кивва улыбалась и смеялась, а эта… странница говорила со своим убийственным спокойствием… глаза ее были веселыми. Кивву это, похоже, ничуть не напрягало.
    - Доброе утро! Как настроение? – приветливо окликнул он девушек.
    - Все отлично! Мы сегодня с Пелегриной пойдем на песчаных дракончиков охотиться?
    - Пелегриной? Она сказала свое имя? – удивился Вейма.
    - Нет. Как я уже сказала, у меня с памятью… проблемы. Поэтому Кивва дала мне новое имя, - сказала девушка.
    - Это значит «странница» на красивом древнем языке, - вставила Кивва. Вейма задумался. Не зря он ее про себя странницей называл…
    - Киввочка, я сейчас поеду в Бальзай-Тар…
    - Зачем, папа? Ты же только вчера ездил… - теперь удивилась Кивва.
    - Мне надо увидеть своего старого друга. Он может помочь мне разрешить одну задачку…
    - Это кого же? Ассалая? Хамеда? Или, может…
    - Да нет, не перечисляй. Ты его, наверное, не помнишь. Его Абдульхим зовут…
    - Абдульхим? – встрепенулась Пелегрина.
    Кивва и Вейма посмотрели на нее. То ли им показалось, но…
    На секундочку ее глаза вдруг стали карими.
    Последний раз редактировалось br_wildead; 24.04.2008 в 15:38.

  5. #5
    Познающий Аватар для Klon
    Информация о пользователе
    Регистрация
    23.04.2008
    Сообщений
    534
    Записей в дневнике
    11
    Репутация: 20 Добавить или отнять репутацию

    По умолчанию

    Вейма и Пелегрина проделали на вьючном драке более половины пути, но никто не проронил ни слова.
    Вейма всё размышлял, не показалось ли ему тогда в комнате эта смена глаз. Прямо чертовщина какая-то, вроде глаза и были синими, а тогда... карие. Конечно, можно было всё свалить на игру света, однако, даже Вейма понимал, что карий цвет не может быть градацией синего, ни под каким углом.
    Он вздохнул.
    С тех пор, что случилось несколько лет назад, люди к чертовщине и непоняткам привыкли. Привыкли они и к стоящим в пустынях дроидам. Удачливые люди до сих пор отправляются в пустыню за материалами из которых дроиды состоят, многие именно так и зарабатывают себе на хлеб насущный, насобирав побольше материалов и забарыжив их втридорога. Никто не удивлялся и невероятным способностям немногих выживших. Выживших называли обычно Пророками ибо в тот день они увидели слишком многое. Теперь же Пророки в пустыне стали совсем редкостью, они больше обитали в поселениях. У некоторых из них есть мистические способности, вроде двигания предметов на расстоянии, угадывания простых желаний (навроде есть, пить и прочих). Но почти всех их определяла одна черта - все они были полуслепы или же слепы вообще, а в их глазах присутствует небольшое почернение белков. За это их и прозвали Пророками.
    Но эта незнакомка... Она не похожа на Пророка, хотя и пришла тоже из пустыни с полной потерей памяти. У неё не черноватые белки да и видит она прекрасно. Синий цвет глаз выдаёт к ней в прошлом солдата Детей Алых, а может даже и повыше. Беда в том, что Детей Алых практически не осталось во всём мире, ибо идеология их с кончиной эры дроидов рухнула как карточный домик. Миротворцы стали всего лишь блюстителями порядка в крупных городах. По слухам, они стали прислужниками Официальной Церкви и на севере ведут войны с еретиками, но возможно это всего лишь слухи.
    Пускай эта незнакомка и не из Детей Алых, но показать своему давнему другу Вейма должен.
    Размышления Веймы прервал свист ветра.
    Вейма с удивлением осмотрелся. Признаков бури не было до его выезда из общины, однако, не унимающийся ветер и угрожающее облако вдали свидетельствовали о приближающейся буре.
    Вейма знал великолепно весь путь, он знал каждую песчинку этой дороги, поэтому не останавливаясь он свернул с маршрута в сторону ближайших скал, где были убежища от таких бурь.
    На плечо Веймы тихо легла рука Пелегрины:
    - Приближается буря, - спокойным голосом поведала Пелегрина.
    - Да... Я знаю. Мы переждём её в убежище.

    ..Спустя несколько часов, когда буря поутихла, Вейма и Пелегрина продолжили свой путь к Бальзай-Тар, но из-за бури прибыли не в серый полудень, а лишь под вечер, когда на небосводе начинали зажигаться звёзды.
    Вейма спрыгнул с драка и кивком головы поздоровался со входным смотрителем.
    - Чего это ты так рано, Вейма? Вроде следующий раз должен быть только через два дня?
    - Дела, друг, дела. Кушать тоже надо... Не знаешь, где Крисс?
    - Как всегда отдыхает в своей палатке. Разбирает предметы сегодняшнего каравана.
    - Сегодня был караван?
    - Ну не совсем караван конечно, - смотритель рассмеялся. - Так, пару торговцев, ну ты их знаешь же.
    Сердце Веймы радостно заколотилось.
    - Кто именно?
    - Аль Тесей и Абду. Тесей был сутра, и он уже покинул селение. А вот Абду...
    - Он ещё здесь?
    - Я не знаю точно, Крисс должен знать, а я нет. Меня сменили аккурат перед бурей, Абду я встречал у селения незадолго до этого, а вот выходившим из селения я его не видел.
    Вейма поблагодарил и неспешным шагом напару с драко и сидевшей на нём Пелегриной направился к палатке Крисса.
    - Крисс!, - позвал Вейма.
    В палатке послышалось ворчание, затем оттуда вышел сам Крисс в своей новой дурацкой фуражке, добытой во время очередного рейда в пустыню с целью наживы. Вейма поморщился. Такое "стервятничество" было ему не по душе. Крисс же ничего не заметил.
    - Бааа, Вейма! Здарова, брат!
    - Привет.
    Крисс обратил внимание на спутницу.
    - Кто это с тобой?
    - Да так..., - запнулся Вейма, не зная говорить ли Криссу правду. - Знакомая моей сестры.
    Крисс рассмеялся.
    - Да ты, я вижу, занялся продажей женщин?
    Вейма снова поморщился. ТАКИМ бы он точно не занялся, даже если бы дома его семья была без единой крохи еды.
    - Ты опять за своё?
    - Да ладно, шутка шутка. А что ещё я мог подумать? Заявляешься тут второй раз на этой неделе да ещё и под вечер.
    - Да так... Ну в общем, связано с торговым делом.
    - Ааа..., - осенило Крисса - А! Абдульхим!
    - В яблочко.
    - Ха... Ну... Приехал он как раз незадолго перед бурей.
    - Здесь он?
    На этот раз настала очередь морщится КРиссу, причём в этой дурацкой фуражке это выглядело забавным.
    - А шайтан его знает. Тут буря настигла так быстро, что бегали все как подпаленные драко... А! Кажись он спать завалился!.. Ну в таком случае, он должен быть в своей палатке. Погоди здесь немного.
    Крисс подмигнул Вейму и растворился в синей дымке вечера. Спустя некоторое время он вернулся к палатке.
    - Шайтан меня побрал!
    - Что такое?
    - Абдульхима в селении нет.
    Последний раз редактировалось Klon; 25.04.2008 в 16:59.

  6. #6
    Хранитель Форума Аватар для Валера
    Информация о пользователе
    Регистрация
    15.04.2008
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    14,020
    Записей в дневнике
    3
    Репутация: 165 Добавить или отнять репутацию

    По умолчанию

    Химериот ждал. Сползающая с бархана группа не казалась ему угрожающей. Сколько таких он повстречал в своих скитаниях по Великой пустыне! Все они теперь или почти все, кто решился пощупать его, негеройского с вида парня, лежали теперь, объеденные вороньем и скорпионами, глядя пустыми глазницами черепов на проплывающие облака.
    Шуршали песчинки. Хи имел вид дремлющего в седле оборванца, но два зорких глаза следили за каждым движением приближающихся. Теперь уже было видно, что это тауреги, древнейшие жители пустынь, народа, когда-то многочисленного и воинственного, а теперь забитого и оттесненного в самые безводные места.
    "Если уж тауреги вышли на тропу войны, то случилось что-то исключительное!" - думал Хи.
    Лет двести назад тауреги подняли восстание, позахватывали оазисов, подошли к самому ..., но были разбиты и были принуждены подписать унизительную декларацию, по которой им отводилась роль людей второго сорта, запрещалось появляться в городах и оазисах, а жить надлежало в тех местах пустыни, на которые не претендует больше никто.
    Теперь пятеро вооруженных таурегов приближались к одинокому путнику, а шестой наблюдал за происходящим с вершины бархана.
    "А если по ту сторону бархана сотни две таких вот, как эти? Стоит ли быть жестоким? Они не бандиты..." - проносилось в голове Хи.
    -Эй, мальчык! Ходи сюда! - крикнул ближайший, неожиданно довольно толстый таурег в халате и танкистском шлеме миротворцев.
    - Ходи, ходи! Говорить будем. - подтвердил второй, загорелый, худой и почти голый, "классического" вида таурег.
    Хи рассчитал, что встреча произойдет как раз возле большого камня, довольно редкого явления в пустыне. Расположившись спиной к нему, он мог противостоять и дюжине отборных бойцов.
    - Чего хотят от мирного путника мирные изгои пустыни? - традиционное обращение к таурегам "изгои" не воспринималось ими как обидное, посколько соответствовало правде, а правду тауреги ценили превыше всего. - Или в пустыне мало дорог?
    Подъехавшие встали полукругом перед Химериотом и толстяк выкрикнул:
    - Наша ищет вора! Много вора. Ахвала тур.
    - Ахвала тур, ахвала тур! - закивали остальные. Ахвала тур означало по таурегски "более чем пальцев" на руках.
    - Погодите, погодите... Но я же один! И разве я похож на вора? Где у меня тюки с награбленным?
    - Айла тюргун! - вступил в разговор третий, совсем выцветший под солнцем таурег. - Тарбанай ба тюргун!
    - Тюргун бо неправда тарбанай! - вдруг проявил свою осведомленность в языке Хи.
    Далее разговор происходил на ломаном таурегском. Из разговора стало понятно, что некая группа людей сегодня ночью напала на селение изгоев, угнала табун готовых к продаже полудраконов, перерезала молодняк, а с ним и нескольких женщин, оставшихся при молодняке. Хи убедительно доказывал, что раз у него ничего нет, он не может быть ночным грабителем, поскольку те уже где-нибудь очень далеко. В ответ таурегцы приводили аргументы сводящиеся к удивительной хитрости и коварству нападавших, обошедших все ловушки и сенсоры в виде консервных банок на ниточках. Главным же стимулом их поисков было то, что ночью была небольшая песчаная буря, которая хоть и засыпала следы, но и не позволила ворам уйти далеко - драки просто ложатся во время бури в песок и никакая сила их не поднимет.
    - Ага, и после всего я разгуливаю тут как глупый ишак! Топчу эту старую дорогу, где меня с любого бугра видно? Чтобы вы пришли и меня поймали? Вы думаете, перед вами идиот? - перешел Хи на обычный, ему не хватало знаний таурегского для выражения своих эмоций.
    Таурегцы не знали значения слова "идиот", но по внешнему поведению понимали, что человек не согласен с их аргументами. Потому, совершенно неожиданно для Хи, в момент его очередного красноречивого воззвания к логиге и здравому смыслу изгоев, на него внезапно накинули сразу две сетки, спеленали как младенца и положив поперек его же драка, повлекли куда-то вглубь барханов.
    И вновь шуршали песчинки. И плыли над пустыней редкие облака. И мелкая ящерка перебежала через старую дорогу. Но более, до самого вечера здесь ничего не случилось. А вечером на дороге появился некий всадник в черном. Он прибыл с той же стороны, что и Химериот. Остановившись, он внимательно осмотрел следы ведущие вглубь пустыни и улыбнулся.
    Ночные тени скрыли его дальнейшее передвижение...

    Спойлер И как тебе не стыдно-то, а, Валера?:


    Оборона форта: http://rghost.ru/8kLGxFtD2
    Сделать, чтоб все происходило, как я хочу, - вот, собственно, и весь мейкер!
    Адский Рейд: http://rpgmaker.su/downloads/%D0%B7%...-2010raid-full

  7. #7

    По умолчанию

    Детство Киввы проходило так же, как и у других детей пустыни. Так, да не так. Старшая из четырех детей скромного торговца, она была, в каком-то смысле, занозой в пятке у папы. Конечно, он любил ее не меньше, чем угрюмого Ругси, меланхоличного Вапо и малютку Никусю, но беспокоился он за нее втрое больше, чем за остальных. Приключения пустынные дети любили, так как делать все равно нечего, а от скуки недолго и самому в песок превратиться, но Кивва осмеливалась делать такое, от чего даже самые храбрые мальчишки мочились в штанишки… Ребятня бегала к горам посмотреть на пещеры, но Кивва забиралась на вершину. Дети бегали кидаться камнями в песчаных дракончиков, а Кивва отрубала голову вожаку стаи. Мальчишки заводили отцовский ховеркрафт и облетали вокруг деревни… Кивва ездила в Бальзай-Тар.
    Так или иначе, но эта ее бесшабашность не пошла ей на руку. Ее боялись и уважали, но никто, кроме родителей, не любил. С ней боялись дружить, так как не знали, куда ее приведет храбрость в этот раз. К тому же, у нее были длинные прямые ярко-рыжие волосы, а рыжих здесь не любили - слишком их было мало среди чернявых да кучерявых. У ее брата Ругси тоже не было друзей, но по другой причине – просто он был порядочной сволочью, но, при этом, обстоятельным и исполнительным, что и сделало его прямым папиным наследником – торговля дело такое, тут важно уметь просчитывать на много ходов вперед и серьезно обдумывать каждый шаг. Кивве это не было свойственно. Она всегда ходила ва-банк.
    Младший брат Вапо… Он, конечно, славный малый, но уж больно безразлично он смотрит на мир. Зато любит книжки. Уж за кого, а за Вапо он всегда был спокоен. Пока Кивва дразнила пещерных гидр в пещере, а Ругси старательно подсчитывал доходы и расходы семьи (при всем своем торговом чутье и умении торговаться, Вейма не был силен в математике – путал пятьдесят и шестьдесят, а делить так вовсе не умел), Вапо сидел на крыльце в спокойные дни или в комнате – в дни песчаных бурь и читал, читал, читал… Вейма подумывал его отправить в Ализариум на обучение, пока могущественный город не превратился в руины. Впрочем, ходили слухи, что знаменитый Бел-Адад по-прежнему жив и ему в его пятьдесят с хвостиком не помешал бы толковый ученик… На все, кроме точных наук, Вапо смотрел с абсолютным безразличием. Его голос был похож на голос Пелегрины.
    Пелегрина…
    Кивва расстроено вздохнула. Да, хоть гостья и говорила так же, как Вапо, но Вапо действительно плевать на все. А девушке этой – не плевать… По внешнему виду, по мимике, жестам, глазам можно очень многое сказать о человеке, и о том, что он думает, кем он является, кем он был и что с ним станет. Голос может лгать. Глаза – никогда.
    А таких глаз, как у странницы, Кивва никогда не видела. Ну, говорила она, как Вапо, ну и что? По лицу все видно. По глазам все видно. И ей… Ей было интересно с Киввой. И не страшно. И имя она приняла от Киввы с радостью.
    А сегодня отец ее забрал…
    Конечно, это было важно. Все-таки имя старика Абду ей о чем-то говорит. Может, он сможет помочь ей, сказать, кто она на самом деле… А вдруг сама вспомнит? Но все равно обидно. Только у нее появилась подруга, может быть, первая в жизни, и вдруг ее забирают. Непорядок.
    Кивва задумалась. Мама сейчас – в саду, Вапо, небось, учебник читает, Ругси с утра еще хотел к старейшине пойти для улаживания каких-нибудь бюрократических дел… Кивва подошла к кроватке своей сестренки.
    - Будешь за старшую, Никуся. Поняла?
    - Киа! – взмахнула ручкой сестра. Кивва чмокнула ее в лоб и вышла из гхолати. До Бальзай-Тара пешком идти долго и опасно. Вьючного драка отец взял с собой.
    А вот ховеркрафт…


    Свой день рождения Бел-Адад праздновал в довольно маленькой, но теплой компании: Искандер, полковник в отставке с колоссальным опытом сражений и, по совместительству, администратор больницы, Бероус, анестезиолог лет двадцати пяти, в очках с толстенными стеклами и Кулема, медсестра. Неделя выдалась настолько тяжелой, что у всех глаза слипались, и давно бы они рухнули спать (а может, даже и замертво) в условиях, когда двухчасовой сон на рассвете рассматривается, как невероятное благо, если бы не энергетические таблетки доктора. Вроде они были безвредные, а может, и нет, но, так или иначе, эта четверка – маленький, но стойкий отряд Армии Жизни – рисковала своим здоровьем ради жизней других.
    - Сто семнадцать больных за неделю. Из них двадцать операций. Каково, а? – взмахнул руками Бероус. – Такого еще не было в нашей практике, правда, доктор?
    - Помнится, во время эпидемии колокольчиковой чумы в Холодаге мы даже счет им перестали вести, - устало произнес Бел-Адад и отхлебнул настойки из своей фляжки. – Впрочем, что чума? Тяжелая болезнь, но излечимая. А вот эта Сонная Эпидемия меня беспокоит ужасно… Обычных-то больных я лечить могу, и умею. И лечу…
    - Не без на… - попробовал перебить Искандер.
    - Да что там «не без»? Очень даже с вашей помощью. Если бы не вы, товарищи, я бы не сделал ничего. – Бел-Адад отхлебнул еще.
    - В общем, как бы там оно не было… - Искандер встал. – Друзья, я предлагаю поднять бокалы…
    - Уже пустые…
    - Неважно, - усмехнулся Искандер и достал из-под стола какую-то бутылку.
    - Мизах вас нараб! – глаза у Бероуса стали что твои монеты. – Это же Ализариумское темное! Такого, говорили, и в лучшие времена почти не осталось!
    Бел-Адад был очень сильно удивлен:
    - Право же, Искандер, я отнюдь не заслуживаю такого…
    - Отчего же, доктор, уж вы-то… Столько жизней спасли, стольким подарили надежду… К тому же, когда еще-то? Не факт, что шанс представится. И так первая передышка, считай, за месяц. – Искандер откупорил бутылку и разлил вино по бокалам. – Коллеги, я хочу поднять свой бокал за уважаемого всеми нами…
    - И всем миром! – добавила Кулема.
    - … доктора медицинских наук, обладателя бесчисленного множества наград и премий, в том числе государственных, и просто нашего хорошего друга Бел-Адада! В этот день ему исполняется ровно пятьдесят пять лет. Мы хотим пожелать ему простого человеческого счастья и долгих лет жизни. Верно, ребята?
    - Ура! – закричали хором Бероус и Кулема.
    - Спасибо… - Бел-Адад прослезился. – Что бы я без вас делал. Ну, вздрогнем!
    Раздался звон бокалов.
    - Доктор, мне сообщили неплохие новости. Завтра в Фейхатх приедет доктор Мелвинс со своим ассистентом.
    - Отличные новости! Знаю я этого Мелвинса… - Бел-Адад улыбнулся и, поставив свой бокал на стол, положил себе в тарелку еще салата. – Помню, он так расстроился, когда я ему на экзамене на анатомии влепил пятерку…
    - Это как это? – нахмурилась Кулема.
    - Да он так хорошо занятия посещал, и на семинарах выступал, что я его по билету почти не спрашивал. Я же знаю, что он учил. А он хотел блеснуть знаниями… Ну ладно! – Бел-Адад хлопнул в ладоши. – Завтра я передам документы и инструкции Мелвинсу, а потом, надеюсь, погода устаканится и мы с Вами, Искандер, сможем отправиться в путь.
    - Вы уезжаете? Куда? – ошарашено спросил Бероус.
    - И без нас? – расстроено добавила Кулема.
    - К сожалению, есть вещи, с которыми приходится считаться, так или иначе. И приходится делать выбор… В общем, мне необходимо найти одного человека. Который обладает знаниями, важными для…
    - Для Вас? Или для науки? – спросил Бероус.
    - Для меня, для науки… Для безопасности этого чертового мира, вообще-то, - бросил доктор и откинулся на спинку стула. – Короче, хватит разговоров. Искандер, Вы обещали меня подбросить, так что… Как поживает Ваш ховеркрафт?
    - В полной готовности и с полным баком.
    - Отлично. После встречи Мелвинса мы отправимся в Андорагу. Бероус и Кулема… Вы прекрасно справляетесь со своей работой, так что будете ассистировать новому хирургу. Как только смогу, я вернусь. А сейчас я предлагаю всем пойти спать. Мы не отдыхали уже черт знает сколько, а поток пациентов вроде бы уменьшился… Так что спокойной ночи, ребята.


    В Зеньене, ближайшем к Фейхатху городе, в гостинице, в лучшей комнате на последнем этаже высокий, бритый наголо человек стоял перед зеркалом. В принципе, внешнее сходство было достигнуто… В конце концов, не так уж это и тяжело – изготовить маску из кожи с лица человека, если умеешь правильно обрабатывать. Вот голос – это, конечно, проблема… Для этого и кровь нужна, и редкие компоненты, и, что важно – слышать голос человека, пока он еще жив. Слышать-то он слышал, да вот мерзавец этот исхитрился простыть в дороге и голос у него, соответственно, сел. Ну ладно… Охрип в пути, с кем не бывает. Подходящий парик у него найдется – такие прически, как у покойного, вошли в моду уже давно. Так, полдела сделано… Теперь нужно разобраться с одеждой и документами. Настойка для изменения голоса подействует только к утру… Лишь бы его попутчик не забеспокоился и не поднялся в комнату! Или эта идиотка горничная…
    Да, и с трупом что-то надо делать…
    Как всегда, впрочем.
    Так, одежда как раз впору. Хорошо, что покойный оказался такого же роста и телосложения – это самая большая проблема. Изменение роста и веса крайне трудоемко… Впрочем, возможно.
    «Для Нас нет ничего невозможного,» - подумал лысый.
    Итак, парик, маска, одежда… Да, теперь он ничем не отличался от этого… как его… за исключением того, что тот – уже мертв. А он – жив.
    Итак, избавиться от трупа, подождать голос, что еще… Ах да, документы.
    Лысый, поправив парик, достал из сумки документы. Так, ага… Теперь его зовут Альтур Мелвинс, двадцати восьми лет, гражданство – Ализариум («Ничего себе!»), хирург. Путешествует с ассистентом по имени Флой («Так вот как зовут этого полудурка…»), направляется в город Фейхатх в помощь к Бел-Ададу, на данный момент единственному квалифицированному врачу региона.
    Бел-Адад.
    Отлично. Уж теперь задание будет выполнено. И теперь Пророчество будет исполнено до конца.
    … Через полчаса раздался стук в дверь.
    - Да-да? – откликнулся лысый и тут же осекся – непростительная ошибка! Впрочем, как ни странно, откликнулся он голосом покойного – значит, зелье подействовало быстрее, чем нужно. Хм. Странно.
    - Доктор, к вам посетители! – сказали из-за двери.
    - Уже иду, уже иду, - засуетился поддельный доктор Мелвинс в то время, как настоящий доктор медленно растворялся в ванне с кислотой.
    Последний раз редактировалось br_wildead; 25.04.2008 в 19:18.

  8. #8
    Хранитель Форума Аватар для Валера
    Информация о пользователе
    Регистрация
    15.04.2008
    Адрес
    Москва
    Сообщений
    14,020
    Записей в дневнике
    3
    Репутация: 165 Добавить или отнять репутацию

    По умолчанию

    Прекрасно утро пустныни!
    Едва заметный ветерок перебирает блестящие песчинки. Барханы спят. В жесткой листве сагсагала пересвистываются чернушки. Ящерки выползают погреться в слабых лучах солнца. Изящная змейка куда-то спешит по своим делам. Небо покрывающее пустыню величавым куполом небесного храма еще не раскалилось, еще никому не грозит испепелить до тла... Но небо тоже просыпается и как девушка нежущаяся в дреме, еще покрыто курчавыми облачками одеяла. Но облачка все убегают и убегают в даль... Девушка просыпается и недовольно смотрит вокруг - кто потревожил ее сладкий сон?

    О чем поет одинокий изгой? О чем он поет... О потерянной наконуне дочери? О последней надежде, угнанной ночными похитителями? Кто знает... Хи не понимал многих слов. Но он понимал суть и с каждым куплетом заунывной песни, ему становилось все более и более жаль этот нищий, забитый, но величественно древний и гордый народ. Многие склонили свои головы и перешли под чье-то покровительство. Многие сменили веру и даже язык... Но тауреги лишь глубже уходили в пески и никому не сдавались.
    Из ближнего дома выскочил загорелый лохматый паренек, потянулся и скрылся за углом. Вскоре оттуда вышла одинокая коза, поглядела на чужестранца сидящего посреди двора в деревянной клетке, мекнула и убрела по своим делам. Вышла женщина, в руке ее была миска с водой. Подойдя к клетке, она поставила миску на землю и с опаской подпихнула ее ногой поближе к прутьям. Посмотрев как жадно чужеземец пьет, она огляделась, быстро присела и сунула сквозь решетку кусок сухого хлеба. Тут же встала и не оглядываясь ушла.
    Прошло еще немного времени и на тропе, ведущей к деревне, показались несколько вооруженных мужчин. Видно было, что они страшно устали и никого не нашли. Проходя мимо клетки, где сидел Химериот, один из них злобно пнул ее ногой и плюнул в пленника. Остальные прошли даже не повернув головы.
    Из кузницы выскочила собака, с надеждой и радостью заскакала вокруг пришедших, но увидя, что сумы их пусты, поскучнела и обратила свой взор на клетку с пленником. Недобрый был ее взгляд, но и заинтересованный.
    Хи уже размочил горбушку в миске с водой. Он поманил собаку. Та, слабо надеясь на удачу, все же подошла поближе и получила в награду почти половину горбушки.
    "Пусть поест", - думал Хи. - "Может сегодня ей ничего больше не перепадет..."
    Накормить хозяйскую собаку было первым правилом "хорошего тона" у воров и следопытов. Подвернется случай бежать - прикормленная собака не подымет шума. Хорошая собака в пути - это лишняя пара глаз и великолепный нюх.
    С шумом распахнулась дверь дома старейшины и на пороге показался сам Ханбахчи - выборный, но практически бессменный лидер общины. Лишь однажды, когда он месяц вылечивался от ран, полученных в бою с дракокрадами, его замещал его сын, Дэрзигун Ур.
    - Где этот нечестивый? - громко вопрошал он. - Почему его сразу не убили на месте? Что вы как бабы няньчитесь с ним?
    За старостой высыпала целая возбужденная толпа мужчин. В основном пожилых и даже едва передвигающихся. Таких вели более молодые. Ханбахчи встал посреди двора в позу театрального владыки, протянул в сторону собравшихся руку и провозгласил:
    - Скажи, о великомудрый Шайтандар, что положено угоняющим чужой скот и режущим неповинных людей? - и пока некто в толпе соображал, ответил за него сам: - Положена смерть лютая с мучениями и надругательствами! Так?
    - Но он воин! - послышалось из толпы в ответ. - Он не был пойман с добром.
    - И что же?! - сверкнул глазами староста, - отпустить?
    - Он достоин Божьего выбора!
    - Да, да!.. - раздались нестройные голоса из толпы, - Он достоин. Он - воин.
    - Ну, хорошо, хорошо... - видно было, что Ханбахчи недоволен, но глас совета патриархов племени был вторым, после гласа самого Бога. - И кто же сразится за честь племени? Не ты ли Турхун? Ты громче всех кричал сейчас.
    С этими словами Ханбахчи подошел к клетке, выволок из нее пленника и отступил на шаг.
    - Вот он, во всей красе!
    - Я не воровал ваш скот. - негромко сказал Хи, разминая ноги. - Я ехал по старой дороге из своего родного села, которого... От которго уже ничего не осталось.
    - Врешь, оборванец, ну врешь же... - с какой-то жадной радостью приговариал староста.
    - Я не вру! Я - Химериот Таджбулла ибн Абдолбей, я воин, а не вор.
    - К сожалению, - послышался скрипучий голос одного из "патриархов", - Мы не так давно откочевали на эти земли. Мы тут пришлые. Далеко ли до твоей деревни?
    - Три дня пути. Там хорошая земля. Там есть вода. Вы могли бы поселиться там.
    Толпа загудела. Наконец, из нее вышел тот самый старец и проскрипел:
    - Нам запрещено селиться на землях чужих народов. Но раз там никого нет и ты, единственный оставшийся в живых, приглашаешь нас пойти туда и жить там, то мы пойдем.
    - Проводи нас, мы прощаем тебя!
    Из толпы выступил молодой Дерзигун и сказал, обращаясь как бы ко всем:
    - Отец! Племя решило уйти еще дальше! Воин говорит, что там хорошая земля и вода. Веди нас! И пусть воин покажет дорогу.
    Староста сплюну на песок, обвел взглядом собравшихся, помолчал и сказал:
    - Всегда бегующие от опасности перестают быть воинами, а только воин достоин свободы и своей земли.
    Тут староста сделал еще одну эффектную паузу и продолжал:
    - Но я поведу вас! Если он не сбежит до завтрашнего утра.
    - Я прослежу за ним, отец! - сказал Дерзигун.
    - Отведи его в свой дом, накорми, напои, как гостя. - ответил, не глядя в сторону сына, староста.
    - Хорошо, отец. Пойдем, воин!
    Хи привели в обычную, собранную из прутьев и покрытую шкурами хибару. Посреди комнаты было выложено камнем кострище, над которым был подвешен большой медный чан, где что-то булькало.
    - Сейчас поедим горячего! - дружелюбно сообщил молодой воин.
    - Ты не смотри на отца, он вчера потерял там свою молодую жену... Угораздило ее понести девушкам изрюм. Сама бы съела...
    - Много вас? - спросил Хи.
    - Полторы сотни мужчин. Женщин... никогда не считали женщин. - улыбнулся Дерзигун.
    - Если идти пешком, то дойдем за неделю... Как старики?
    - Для стариков драки найдутся. Часть была на случке в другом загоне. А что случилось с твоей деревней? Раскажи мне про себя.
    И Химериот, сам не зная почему, припоминая и воодушевляясь, вдруг рассказал незнакомому парню всю свою короткую, но бурную в последние годы жизнь. Видно было, что парень верил каждому слову. Глаза его горели, в местах схваток, его рука сама сжимала кинжал... "Настоящий прирожденный воин" - думал Хи. - "Его бы обучить кое-чему и можно брать с собой... С собой?" Хи представилось в какое трудное время они живут и как неясен его путь впереди... Он подумал, что этому племени каждый воин необходим, как золото игроку...
    "Как золоту... " - усмехнулся про себя он. Золото почти перестало цениться. Ценилась еда и только еда. И где-то далеко за ней - одежда, утварь, оружие...
    "Нет... " - подумал он, - "Оружие никогда не перестанет цениться в мире, пока чьи-то руки тянутся к чужому добру"...
    А Дерзигун все слушал и слушал... и так прошел весь день, и весь вечер, и наступила ночь, когда молодые воины заснули прямо на полу, возле опустевшего чана.
    И было тихо, как после бури. И лишь где-то вдали пустынные сверчки пели свою песню.
    И никто не заметил, как человек в черном подобрался к самым домам...

    Спойлер И как тебе не стыдно-то, а, Валера?:


    Оборона форта: http://rghost.ru/8kLGxFtD2
    Сделать, чтоб все происходило, как я хочу, - вот, собственно, и весь мейкер!
    Адский Рейд: http://rpgmaker.su/downloads/%D0%B7%...-2010raid-full

  9. #9
    Маститый Аватар для Antberg
    Информация о пользователе
    Регистрация
    14.04.2008
    Сообщений
    1,276
    Записей в дневнике
    3
    Репутация: 50 Добавить или отнять репутацию

    По умолчанию

    [удалено]
    Последний раз редактировалось Antberg; 07.04.2017 в 14:20.
    Делаем журнал о творчестве на РПГ-Мэйкере, и просто творчестве - >>тыц<<
    Обсуждаем делание - >>тыц<<

  10. #10
    Пользователь Аватар для Dr.Krest
    Информация о пользователе
    Регистрация
    07.05.2008
    Сообщений
    30
    Репутация: 0 Добавить или отнять репутацию

    По умолчанию

    Толстые бетонные стены просторного бункера тускло освещались тем, что хоть как-то могло светить, создавая относительно приятную обстановку. Это были и ржавые шахтерские лампы, и газовые фонари, и даже светящаяся плесень с грибками в стеклянной банке, да и много чего другого. Атмосферу четного подземного бара Казимира Поца дополняли мерный гуд вентилятора (почти безрезультатно пытающегося освободить помещение от сигарного дыма), а так же несколько какофоническая мелодия механической духовой шарманки, стоявшей неподалеку от барной стойки (хотя больше всего стойка походила на баррикаду из строительного и военного мусора, впрочем это так и была своего рода баррикада, т.к. местные посетители, раздухаренные здешней бормотухой и шмудряком, регулярно пытались взять её штурмом). В этот день посетителей было не особо много, так что бармен, отложив в сторону высоковольтный разрядник, протирал масляной тряпкой надколотые кружки, время от времени выдыхая на их тусклую поверхность клубы пыли из угольного фильтра своей полуисправной маски-противогаза.
    За неказистыми столами, сваренных их бочек, кусков брони и прочих обломков, сидели небольшие разношерстые компании, одиночки, а кто-то и вовсе спал, время от времени громко отрыгивая закуску себе на мундир (если это можно было назвать мундиром).

    -Вот что я скажу братцы – я всем своим чуем чую что настал наш Золотой Век! – скалясь кривыми, острыми зубами, торжественно произнес субъект за одним из столов, обращаясь к двум другим собутыльникам. – Не знаю, что там такое зверское случилось, но случилось оно на руку всей нашей лихой братии! А тем верхоходам, гревшим пузо на солнце, пришлось не кисло! Даже эти гадские роботы от которых натерпелся наш брат – теперь просто мозолящий глаза хлам! Позавчера я с Кривым Хло из девятой бригады и парочкой парней зашли к одному забулдыжному инженеру – уболтали ханурика за рюмку опарной сивухи вынести со склада гидравлические клещи и газовый резак...
    -Крысятничаем? Это значит вот на какой бакшиш сегодня гуляем? – мерзко хихикнул одноглазый горбатый уродец с протезом вместо носа, перебивая. –А ну как какой-нибудь правденик исповедуется Справедливщику?
    -Хах, спокойнее надо братец, спокойнее… - проговорил кривозубый, раскурив сухую личинку. – Клещи и резак вернулись к труженику ума и стакана в целости и невредимости в компании литра старого доброго шмудряка. Так что все в выйгрыше. Так вот, ты меня не перебивай. С этим хозяйством мы вылезли наружу нашли одного, дендроида и раскроили его на куски. Даже мертвый, этот сукин бык доставил кучу хлопот. Уже подходила к концу десятая бутылка коренного отвара, а мы его только на четверть расковыряли. Короче. Закончили только вчера к вечеру. Но не зря потели наши яйца!
    -Да у тебя и яиц нет – ржавый кран, да пара мячиков для объему! – захохотал третий, со стальной трубкой в горле и скобами на лице.
    Острозубый ничего не сказал, только хмыкнул, после чего хватил хохотуна стаканом по голове. Все засмеялись, включая и стукнутого.
    -Ну так вот… - продолжил острозубый, томно затянувшись личинкой. – Ах, до чего сука хорошо берет! Ах, прямо за душу! Ну жуки уродились! А, ну да. Кхеее, кхм. Кхм! За это добро яйцеголовые задохлики из конструкторского отдела щедро проставились. Плюс сверху валюты насыпали. Сказали, что скоро в нашем полку будут новые игрушки.
    -Да, да слышал я тут недавно одну штуку. – заговорил горбатый. - один доброволец привязал к заднице лист брони, отодранного от робота, другой выстрелил в него из противотанкового свинцемета. Этот придурок пролетел пару метров и так приложился о стену бункера, что сломал себе нос, выбил почти все зубы, да заодно проломил череп. Хех, теперь он счастливый, от частых уколов дурманином и морфором, лежит на больничных нарах, постоянно, сквозь слюни, выкрикивая «Парам-пам-пам! Ничевосибе! Я вижу музыку!!!», но вот что забавно – на его заднице ни синяка ни царапины. Только глубокая вмятина на листе брони. Признаюсь, я бы был до усера рад, если бы такая штука висела не только на моем заду, но и на голове!
    Компания еще раз огласила бар уродливым хохотом. Горбатый вытащил из-за пазухи сверток, довольно брякнул им об стол и, облизываясь, развернул. Это были жареного мяса.
    -Это шо за?.. – поскребывая трубку в горле, поинтересовался скобо-лицый.
    -Да какая разница - вроде воняет вкусно… - бросил кривозубый. – хотя… Ты надеюсь не от зараженных трупов отхватил кусок?
    -Шутки у тебя… - слегка обиделся горбатый. – я в города нос не сую…
    -Да его у тебя и нету! – подколол скобо-лицый и снова получили по голове, но на этот раз пустой бутылкой. Посмеялись повторно.
    -Так откуда мясцо?
    -Да тут с парнями в ночном рейде порезали таурегских скотов. Баб ихних под нож пустили, молодняк полудраконий хохмы ради потрошнули. А то, что покрупнее – вот: кушать подано! Хе… Банок на веревки понавешали. Вот умора… Думают самые умные…
    -Хах… Баб конечно зря порезал. Надо было тоже брать. Хоть страшны эти выродки песчаные, да мы не из брезгливых…
    -Да ну их к Махби в пекло… Орут у ж больно. А мы народ тихий, маеты не любим! Уха-х! Уга-га-га-а!
    Выпили и принялись за мясо.
    -А что там за зараза по городам?
    -Да поди разбери… Сонная дрянь какая-то. Да поди разбери – толи сдохли, то ли спят. В общем по городам шарить страшновато… Говорят даже у нас в бункерах такое случилось… Короче, по городам сейчас промышляют только наши ученые-моченые в сопровождении пироманов, которые там огненные воронки устраивают – дезинфекцию проводят, или в конец отмороженные братишки. Нескольких, кстати, принародно «дезенфицировали», шоб неповадно было. А то, дрючь их в глаз, нехрен заразу разносить! О, - вот один дезинфектор как раз пришел! Уточни детальки!
    -Да ну, его… Чота желания с пироманами тереться нет… А ну как заразный.
    Компания опасливо посмотрела на вошедшего в бар пиромана, а после вернулась к трапезе.
    Пироман Инибрас, заказав три кружки бормотухи, занял столик в ожидании. Спустя некоторое время рядом с ним сидели экс-пираты Ян и Стряпа.
    -Сейчас по кружечке и к Кристоффу. Думаю найдется работа для старых добрых воздушных бродяг и одного заядлого поджигателя…

Информация о теме

Пользователи, просматривающие эту тему

Эту тему просматривают: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)

Социальные закладки

Социальные закладки

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •