Тема: Литературная игра 2022 "Проклятый мир". Тема ходов.

Схватка на площади.

Энергия кипучей волной ударила в Йозефа и почти вышибла из него дух, колдун оказался на земле чуть поодаль от Луни. Щит Прыгуна быстро истаял, но он больше и не был нужен: древняя, необузданная драконья сила заполнила всё существо колдуна. Сила способная спалить весь мир.

Спустя мгновение колдун стоял на двух ногах, так крепко, как никогда раньше. Сейчас Йозеф чувствовал себя всесильным и неуязвимым. Его тело искажалось, кожа дымилась, почти горела, белки глаз стали угольно- чёрными, а из ран на лице сочилась вязкая жидкость. Человеческое в Йозефе отступило, оставив место монстру. Лицо колдуна исказила гримаса смеха: - «Зачем мне нужны глупые шаманские игрушки, если я обладаю НАСТОЯЩЕЙ силой?» . Мужчина запрокинул голову и простёр руки к темнеющему небу. И действительно, сейчас не нужно было никаких заклинаний, слов силы и прочей ерунды. Драконья сила стала его естеством и отзывалась на инстинктивном уровне.
Колдун выпустил волну древней силы, сконцентрированную сейчас в нём. По воле Йозефа она текла послушной волной и закручивалась над головой в огромный дымящийся сгусток. Сила начала приобретать черты дракона, и скоро на дворцовой площади было уже два гигантских ящера.

В глубине души Йозеф даже связываться не хотел с Б’орхом, всё что интересовало колдуна – библиотека в которой он надеялся найти записи древних магов врачевателей. Но тот, кто сейчас завладел разумом Йозефа, хотел другого. «Абсолютная власть!» - хрипло прокричал колдун, и в то же мгновение дымящийся монстр сорвался с места и со всей силы атаковал Б’орха.

То ли древний дракон не был готов к такой наглости, то ли действительно ослаб после манипуляций Вампируса, но первый же удар поверг его на землю. Б’орх принял удар в корпус и повалился набок, раздавив под собой пару хлипких строений. Вверх взметнулись тучи пыли и каменных обломков, практически скрыв Б’орха от взора Йозефа. Повелительным жестом колдун приказал дымному гиганту добить дракона, и тот, заложив вираж по площади, совершил отчаянный бросок пытаясь перекусить Б’орху шею. Лишь в последний момент древний дракон сумел сориентироваться и нанёс контрудар хвостом наотмашь. Дымное чудище словно на скалу налетело и повалилось в сторону, зацепив одну из башен.

Когда пыль осела, Йозеф смог различить, что его дымный монстр был пронзён острым шпилем башни, буквально нанизан на неё как кусок мяса на шампур. Чудище яростно било лапами в попытках освободиться.

Б’орх уже обрёл некоторую уверенность и, встав на лапы, намеревался сделать то, чего ему не доводилось проделывать уже многие десятилетия. Он собирался выпустить струю пламени и поджарить этот кусок тёмного мяса на импровизированном вертеле.
Пасть Б’орха широко раскрылась обнажив ряд острых зубов, шея напряглась, вены на ней вспухли, а глубоко в чреве заклокотал новорождённый огонь.

Медлить было нельзя, Йозеф огромным усилием воли частично развеял тело монстра, позволив тому высвободиться из ловушки, но Б’орх уже выпустил пламя.

Основной удар огня пришелся по башне, но чудище тоже зацепило и этого было достаточно, чтобы вывести его из строя. Хуже всего было то, что монстр получил удар не успев до конца сформироваться, и теперь тёмное искореженное нечто, бывшее мгновение назад монстром, извивалось в куче пепла и обгоревших камней.

Б’орх посчитал, что с тёмным монстром покончено и теперь обратил всё внимание на главную причину своих бед – Йозефа. Колдун стоял на другом конце площади и делал руками неведомые пассы в попытке оживить тёмное чудище. Дракон приготовился выпустить пламя во второй раз.

Драконья сила покидала Йозефа, но он понимал, что обязан отдать её всю, без остатка. Только это сейчас спасёт ему жизнь. Он отдаст всю силу монстру, вновь оживит его для последнего, выверенного удара. Но это нужно проделать быстро. Сейчас. Дракон уже открыл пасть! Из драконьей пасти повалили клубы дыма, Б’орх собрал огонь в своём чреве и изрыгнул струю огня в сторону колдуна.

Чудище ударило сзади: бесформенный черный комок из зубов и когтей вцепился в шею Б’орха и, разрывая драконью плоть, повлёк его в сторону от площади. Пламя ударило вверх, высоко над головой Йозефа…

Древний ящер продолжал изрыгать из себя пламя, пытаясь сжечь тёмного монстра вцепившегося в его плоть, но эти попытки были тщетны. Колдун видел как в отдалении от площади пространство прорезают языки пламени, но всё реже и слабее.

Силы покидали Б’орха, он истекал кровью, но и Йозеф уже отдал всё что у него было, монстр под его управлением терял хватку и начинал истлевать. Ещё некоторое время монстры боролись. Ещё несколько каменных строений было сожжено и разрушено, но исход битвы был ясен – в ней не было победителей и проигравших.

Темное чудище истлело и развеялось окончательно уже после того, как Б’орх измождённый ранами отступил из города, далеко в северную пустошь в земли дикарей, где он найдёт себе место для отдыха и прокорма.

Йозеф же, пристроился у одной из обугленных колонн, и от потери сил просто…заснул.

Пролетая над гнездом дракона

Луни оставил Зуллу в библиотеке Пилара. Её не пришлось уговаривать остаться там. Теперь, когда девушка в безопасности, все мысли прыгуна были о драконе и тех, кто остался на площади. Его сердце трепетало от волнения, крылья несли туда, где была битва. Он не был тем, кому под силу сразиться с драконом. Прыгун мог бы попытаться успокоить его, но контролировать такое существо силой мысли... Для этого нужна чудовищная концентрация.

Луни слышал, как с грохотом рушатся здания, как ревёт пламя, и тревожность его росла. Но когда площадь была уже близко, звуки битвы стихли.

Он приземлился на дворцовой площади и осмотрелся. Запахи крови и гари ударили в нос. От них Луни чувствовал тошноту. Камни под лапами и стены были опалеными и тёплыми, от некоторых чувствовался жар, а кровь, казалось, была повсюду. Прыгун никогда не видел такого. Даже раны Вампируса и Зуллы так не пугали его.

Луни ступал осторожно, чтобы не обжечь лапы и не испачкать в крови. Но когда он заметил Йозефа, то помчался к нему, забыв об осторожности. Казалось, что этот странный человек с ужасным лицом погиб, но видимых ран не было, кровью он не истекал, и дыхание его было ровным.

"Спит что ли? Это он расправился с драконом? Похоже, что да. Пусть отдыхает! Сейчас он в безопасности. А куда делся Вампирус?"

Луни взмыл ввысь и пролетел над площадью, внимательно осматривая её. Он изучил взглядом дворец, разрушенные башни, колонны и заметил пролом в крыше. Влететь внутрь он не мог - размах крыльев не позволял, даже со сложенными было бы тяжело пролезть. Поэтому прыгун убрал крылья. Черепица местами крошилась под лапами и предательски выскальзывала из-под них. Луни, балансируя, подобрался к краю.

"Зачем мне лезть в эту дыру? В стене тоже есть пролом. Хм-м... Но найду ли я там Вампируса? А тут видно, что дыра как раз под человека".

Он заглянул в темноту. Сомнения ещё сильней стали терзать его. Прыгун собрал свет в ладонях, нагнулся пониже и опустил руку в темноту. Но пола Луни не увидел.

Он едва успел отскочить. Черепица обвалилась внутрь дыры прямо под лапами. Прыгун спустился вниз на крыльях. Оставаться на крыше было опасно. Он полетел к пролому в стене, откуда вылезал прежде дракон. Луни уже готов был зайти внутрь, но что-то остановило его. Ладони вдруг стали мокрыми, их свет потух. По телу пробежался холодок. Темноты он не боялся. Да и в похожих местах прыгун уже бывал, но именно сейчас его лоб покрылся холодным потом, а лапы задрожали. Сердце стучало так, что казалось, будто его слышно в библиотеке Пилара. В голове возник образ высокого старика в мантии.

"Только двое суток. А что, если я застряну там?"

Луни посмотрел на небо. Ещё не начало темнеть. Облака слоем закрывали небо, но прыгун знал, что солнце там, в вышине, и оно прямо сейчас наполняет его светом.

"Вампирус, прости меня! Я должен дождаться сумерек".

(27 день месяца Чёрного Енота)

Немного прошлого, немного настоящего.

- "Я стар, мальчик, и моё тело умирает! Я не успел научить тебя своему искусству. Но, признаться честно, я и не планировал."

Старик хрипло засмеялся и это заставило сердце мальчика сжаться от страха.

- "Ты надеялся унаследовать моё дело, но наука не выбирала тебя, я – её избранник. А ты – всего лишь моя послушная кукла."

Доктор с зловещим блеском в глазах смотрел на мальчика, раскинувшегося на операционном столе: его руки и ноги были широко расставлены в форме креста, и закреплены по краям стола. Глаза покрывала тёмная повязка, а в рот вставлен кляп. Мальчик не мог ничего видеть, но слышал вкрадчивый голос того, кого он ещё вчера считал своим учителем и даже больше…отцом. Мир мальчика обрушился в один миг. Тот, кому он беззаветно верил, кого он любил – предал его. Оказался его злейшим врагом. Его палачом.

- "Я столько узнал о науке, о тонкостях искусства врачевания. Но, сколько ещё предстоит узнать, сколько тайн раскрыть? Да, одной жизни для этого маловато. Что ж, не беда, я готов начать сначала. И если для этого нужно присягнуть злу, я почту это за самую малую плату. Добро…Зло… что это значит для человека науки? Всего лишь стереотипы недалёких людишек, чтобы сделать их жизнь проще. Мы же – философы – знаем, чтобы выжить в пустыне следует научиться пить и из самых грязных источников.

Доктор достал из внутреннего кармана сюртука пузырёк зелёного стекла замысловатой формы. На дне склянки плескалась мутная жидкость непонятного цвета. Старик ловким движением сорвал пробку и выпил половину содержимого. Остатки зелья он влил в рот мальчику и крепко зажал ему рот ладонью.
Мальчика чуть не вывернуло наизнанку от тошнотворной горечи, рот мгновенно онемел, а внутренности, наоборот, охватила волна жара.

Старик приблизился к лицу паренька, так что тот ощутил гнилостный запах из его рта.

- "Когда мы с тобой закончим, Йозеф, ты не будешь помнить ничего. Ты забудешь, кем был, забудешь, что любил. Все твои желания, надежды и мечты развеются, как дым. Твои недолгие годы жизни изгладятся в памяти. Ты станешь ничем. А меня в тебе постепенно будет всё больше. Я стану тобой, Йозеф."

***

Колдун открыл глаза, и сон в то же мгновение исчез из памяти. Осталось лишь неясное послевкусие горечи...

Он лежал на площади под обугленной каменной колонной, солнце жгло его потрескавшуюся кожу. Йозеф натянул капюшон поглубже и собрался с мыслями. Он попытался вспомнить битву с драконом, но ничего кроме обрывочных фрагментов из памяти извлечь не удалось. Быть может и к лучшему – заключил колдун. Как бы там ни было, одной очень крупной проблемой стало меньше.

Йозеф чувствовал себя разбитым и полностью опустошенным пока брёл по площади. Сейчас бы ему не помешал сеанс лечебной энерготерапии от Вампируса, но того, как и всех остальных его спутников, след простыл. Живы ли они ещё? По здравому разумению, нужно было возвращаться к сентиментальному библиотекарю — у того наверняка найдутся ответы на все вопросы.

Пилар и Зулла стояли спиной ко входу и о чём-то оживлённо разговаривали, поэтому не заметили как Йозеф вошел в комнату. Дикарка с искренней радостью демонстрировала библиотекарю свои руки, а тот не уставал восторгаться их девичьим изяществом. Ласково гладил их и что-то приговаривал.

Йозеф молча сел на первый попавшийся стул и отвернулся чтобы не видеть эту парочку. Почему-то ему стал противен их довольный вид. Только через несколько минут он услышал грубый голос дикарки:

- «Этот тоже выжил. Он злой, хуже дракона. Пилар, прогони его!»